Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


ХУРШУДБАНУ НАТАВАН – ХАН ГЫЗЫ –


ПОСЛЕДНЯЯ ПРИНЦЕССА ГАРАБАХА



(1832-1897)



Натаван (Хуршудбану Мехдигулу-хан гызы) родилась 6 августа 1832 году в Шуше. Ее отцом был последний правитель Гарабахского ханства Мехдигулу-хан. Хуршудбану была единственным ребенком в семье и последней наследницей Гарабахского ханства, поэтому во дворце ее называли ≪Дюрру йекта≫ – единственная жемчужина, а в народе – ≪Хан гызы≫ (Ханская дочь). Получила хорошее образование. Владела, кроме родного азербайджанского, персидским, арабским и русским языками. Большую роль в развитии духовного мира Натаван сыграл М.Ф. Ахундов – властитель дум современников, соединивший в своем творчестве гуманистические идеи предшествующей азербайджанской литературы с новыми веяниями своего времени. Ее личное знакомство с ним способствовало широкому интересу Хуршудбану к общественной жизни. На свои средства поэтесса провела в Шушу водопровод, занималась благотворительностью. В 1872 году поэтесса создала в Шуше литературный кружок ≪Меджлиси унс≫ (≪Собрание друзей≫), где собирались лучшие поэты того времени, считавшие своими учителями великих классиков Азербайджана – Низами, Физули, Вагифа.
Натаван – автор лирических стихов, навеянных грустью по рано умершему сыну. Вместе с тем в них звучат и мотивы социального характера – жалобы на бесправие женщин в обществе. Ее газели, написанные простым языком, стали популярны не только в Гарабахе, но и за пределами Кавказа.
Натаван похоронена в Агдаме, на кладбище ≪Имарет≫. На родине, в Шуше, и в столице – Баку – поэтессе установлены памятники.

Фиалка

Как небеса, ты расцвела, фиалка,
Ты все поля себе взяла, фиалка.
Зачем ты роскошь цветников отвергла,
Зачем поля ты предпочла, фиалка?
Ты шелестишь, как будто боль и старость
Ты в юности перенесла, фиалка.
В тебе весна влюбленность пробудила –
Любовь всегда грустна была, фиалка.
Мне кажется, что локонов любимых
Ты нежный запах донесла, фиалка.


Сыну моему

Мой сын, разлуки злой огонь вздымается во мне.
Душа, как слабый мотылёк, горит на том огне.
Как в каждой песне соловья тоска о розе есть,
Так в каждом возгласе души, гремящей в тишине,
Порыв печали и тоски, и скорби о тебе
Звучит и в темноте ночей, и в лучезарном дне.

Когда-то юноша Меджнун Лейли свою искал,
Так ищет и тебя моя безумная тоска.
Она, мечтая о тебе и о твоём лице,
Бредёт по остриям камней, по водам и пескам.
И слава о твоей красе не сходит с уст моих,
Как не смолкает плеск волны у прибережных скал.

И жил каменотёс Фархад, и гору он долбил,
Чтоб за горой увидеть ту, которую любил.
И сотню неутешных лет в страданиях провёл.
А для того, чтоб ты, мой сын, опять дышал и жил, –
Страдать не месяц и не год, а сотни тяжких лет,
Аббас, у матери твоей достанет верных сил.

О, как туманна жизнь моя, как дни мои длинны!
Не вижу солнечного дня и молодой луны,
Мне помнится цветущий сад, свидание с тобой,
Душа парила, как орел в просторах вышины.
Но дикий вихорь крылья ей навеки надломил,
Любви моей не пощадив, не видя седины.

О, было б лучше, если б я всю жизнь была слепой,
Не любовалась бы твоей твоей небесной красотой!
Как рано высох светлый ключ, и кипарис увял!
И вот, мой мальчик, ты лежишь в земле, в траве густой.
И только камень говорит о том, что это – ты.
А солнце яркое горит над каменной плитой.

Увидеть бы тебя на миг счастливым женихом,
Чтоб ты, потупившись, глядел в смущении кругом.
Отдать бы очи навсегда за взгляд твоих очей.
Не может сердце ни на миг подумать о другом.
Живу я в тесном уголке печали и тоски,
И слезы Натаван текут прозрачным родником.

Перевод Маргариты АЛИГЕР

***

Лучше б и меня не стало, и тебя, о мир двуликий,
Боже, да не будет в мире сердца в путах, в тайном крике.

Лучше сердце бы не тлело от разлуки, и блаженным
И счастливым бы не стало от любви моей к владыке.

Лучше б от тоски ослепнуть, твоего не видеть стана –
Кипариса, чтобы стан мой не сгибало болью дикой.

Лучше не было бы моря, океана слез бездонных,
Чтоб росинки не сверкали на ее прекрасном лике.

Лучше не было бы розы и гулянья в гюлистане,
Чтоб шипы ее мне сердце не кололи, словно пики.

Лучше б не было Египта и величия Ягуба –
Чтоб не знал он униженья, не влачил беды вериги.

Лучше не было бы пира, многолюдного базара,
Чтоб с Юсифом не встречалась Зулейха на этом рынке.

Лучше б не было колодцев, и темниц, и караванов,
Чтоб не видели Юсифа в миг его тоски великой.

Лучше б не было ни плача, ни разорванного сердца
Натаван, чтоб не истаять в безутешном этом мире.

Перевод Абрама ПЛАВНИКА

***

Томлюсь и жду, но нет тебя,
Ты не пришёл, скажи, зачем?
Опять вздыхаю я, скорбя...
Ты не пришёл, скажи, зачем?
Не занялся ты, мой рассвет,
Унёс ты сердце – сердца нет.
И я в тоске ищу твой след...
Ты не пришёл, скажи, зачем?
Свою мольбу к тебе неся,
Я сотрясаю небеса,
Мой кипарис, моя краса...
Ты не пришёл, скажи, зачем?
Так плачет Натаван и ждёт –
И дни, и ночи напролёт.
К ней исцеленье не идёт...
Ты не пришёл, скажи, зачем?