Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


ОЛЬГА МИХАЙЛОВА


драматург, киносценарист


Возрождение "маленького человека"


Попробую не о месте драматурга Вампилова, но о новаторстве его драматургии.

В пьесах со временем меняются две главные, связанные между собой вещи - конфликт и герои. Эти перемены происходят, когда меняется само общество, как нас учили на марксизме "социально-экономическая формация". Разумеется, случается это не "день в день", должно пройти время, чтобы литература не только почувствовала, но и осознала происходящее. Так победивший капитализм невольно привел в театр "новую драму" - Ибсена, Чехова. Конфликт человек-человек заменился конфликтом человек – общество. После античной трагедии общей необходимости и ренессансной трагедии индивидуального начала – это конфликт между индивидуальным началом и объективной необходимостью.
Метерлинк говорит, что в противоположность исключительным коллизиям прежних пьес, надо писать о трагизме повседневной жизни. Герой стал существенно "мельче" - разорившийся дворянин, разночинец, даже разбогатевший крестьянин. Не знаю, куда бы пошла русская драма дальше, если бы революция ее не остановила. Потребовался Герой с большой буквы. Стали нужны поступки и свершения. Дядя Ваня оказался в прямом смысле лишним человеком на сцене: у Чехова ему позволялось быть, а вот советским драматургам его коллизии вменялись в мелкотемье.
Столь любимых современным российским театром героев "новой драмы" отличали повышенные нравственные требования и обязательные мечты о лучшей жизни. Это роковое сочетание неизбежно приводило их к мысли о неизбежности переустройства жизни.
Этого героя – "маленького человека", только уже нового, советского, вернул в драматургию Вампилов. Однако время было совсем другое. ХХ съезд похоронил идею социального переустройства общества, тем самым, отняв у героев пьес последнее призрачное утешение. Капитализм - откройте книгу любого великого писателя XIX – XX веков - ужасен, но и социализм показал свое нечеловеческое лицо. Мечтать стало не о чем. И тут появляются два таких абсолютно разных, но, по сути, парадоксально схожих драматурга как Г. Пинтер и А. Вампилов. Одинаково враждебный мир окружает их героев, а человек, в конечном счете, безволен и подчиняется жестоким обстоятельствам. Можем ли мы сказать про героев их пьес, что они проигрывают? Безусловно. Но проигрывает только тот, кто участвует в игре. Эти герои – герои своего времени, они еще не отвернулись от общества, не пришло время, и поэтому социальная ненужность так их ранит, поэтому исходит от них ощущение неприкаянности. Все их попытки выстроить хотя бы личные отношения кажутся призрачными, будто происходят во сне, даже если это герои "Старшего сына" - настанет утро и все исчезнет, добрые слова забудутся, человеческие связи порвутся, и в резком утреннем свете никто никого не узнает. Поэтому они не могут любить. Стремятся, хотят, но не могут. Оборванные социальные связи, выпадение из общества в том, советском контексте, лишили их сил, ибо тогда быть вне (необязательно официального, советского, но какого-то "своего", можно и антисоветского) значило не быть. Почему же мы – читатели, зрители так их неудачливых любим? Герои Вампилова постоянно чувствуют свою вину. Не только за свою никчемную жизнь, за всю тоску и бессмыслицу кругом. Тем самым эти полукомедии становятся трагедиями. А их мелкие, лживые, раздражительные герои – героями трагическими. Потому что трагический герой, говоря словами Ролана Барта, "невиновен от рождения. Он берет на себя вину, дабы спасти Бога".
Александр Вампилов не просто сочинил несколько прекрасных пьес. Он сумел нас – жителей советской России второй половины ХХ века, ввести в большой исторический контекст движения эпох. Он показал, что герой нашего времени не тот, кто бурно действует и чего-то добивается, а тот, кто за эти чужие действия чувствует виноватым себя. Это шаг в сторону Бога, сделанный в безбожном обществе того времени. И это основание, на котором стали строить свою новейшую драматургию русские авторы в новой "социально-экономической формации" конца ХХ -XXI вв. Без Вампилова мы были бы иными, во всех нас есть его родовые черты. Но отношения с отцом – это другая тема.