Татьяна КАДНИКОВА
НУ, ЗДРАВСТВУЙ, ДЕД!
Стихи
Не так давно произошло важное и значимое для меня событие. Я побывала на могиле своего дедушки Кадникова Ивана Трофимовича в п. Кневицы Демянского района Новгородской области.
После войны он долгое время числился без вести пропавшим. И только несколько лет назад, благодаря работе поисковых отрядов, удалось установить дату гибели и найти место захоронения.
Во время Великой Отечественной войны в этом районе проходили ожесточенные и кровопролитные бои — образовался "Демянский котел". Именно под Демянском впервые была окружена крупная немецкая группировка и полег первый элитный состав эсэсовской дивизии "Мертвая голова", но и Красная армия потеряла здесь сотни тысяч бойцов и до тысячи танков. В месте захоронения установлена плита "Воинам, уроженцам Пензенской области, от благодарных потомков…". Многие призывались из мокшанского военкомата.
Дедушка был связистом, награжден медалью "За отвагу". Погиб 9 марта 1942 года. Эту подборку я посвящаю героям-пензенцам и своему деду Кадникову Ивану Трофимовичу.
После войны он долгое время числился без вести пропавшим. И только несколько лет назад, благодаря работе поисковых отрядов, удалось установить дату гибели и найти место захоронения.
Во время Великой Отечественной войны в этом районе проходили ожесточенные и кровопролитные бои — образовался "Демянский котел". Именно под Демянском впервые была окружена крупная немецкая группировка и полег первый элитный состав эсэсовской дивизии "Мертвая голова", но и Красная армия потеряла здесь сотни тысяч бойцов и до тысячи танков. В месте захоронения установлена плита "Воинам, уроженцам Пензенской области, от благодарных потомков…". Многие призывались из мокшанского военкомата.
Дедушка был связистом, награжден медалью "За отвагу". Погиб 9 марта 1942 года. Эту подборку я посвящаю героям-пензенцам и своему деду Кадникову Ивану Трофимовичу.
КАСКА
Сквозь каску растут жёлтый донник,
Ромашка, цветок василек…
Внутрь ящерка юркнет, как в домик.
Присядет, устав, мотылек.
За ёлками — лагерь, веселье.
А рядышком — тайна из тайн:
Бои здесь такие гремели,
Что плавился даже металл.
И каска — давно цвета охры —
Лежит средь росистой травы.
И спросит какой-нибудь кроха:
— А чья она, знаете вы?
И после пытливого взгляда
Стыдливо-задумчив стоишь…
— Мы ищем, мы ищем солдата.
Узнаем, узнаем, малыш.
Ромашка, цветок василек…
Внутрь ящерка юркнет, как в домик.
Присядет, устав, мотылек.
За ёлками — лагерь, веселье.
А рядышком — тайна из тайн:
Бои здесь такие гремели,
Что плавился даже металл.
И каска — давно цвета охры —
Лежит средь росистой травы.
И спросит какой-нибудь кроха:
— А чья она, знаете вы?
И после пытливого взгляда
Стыдливо-задумчив стоишь…
— Мы ищем, мы ищем солдата.
Узнаем, узнаем, малыш.
У МЕМОРИАЛА
Молчанье плит.
Молчанье плит.
Здесь полк наш пензенский лежит.
Друг с другом каждый был знаком,
И вот теперь легли рядком.
Здесь комполка среди солдат,
И сын с отцом, и с братом брат
Вели бои в болотной мгле,
В Демянском огненном "котле".
Не за высокие слова —
За их спиной была Москва!
Варись, фашист, в аду бурли! —
Держали фронт богатыри.
А деду — нет, не пьедестал,
Бумага: "без вести пропал"…
— Ну, здравствуй, дед, — скажу, любя, —
Мы наконец нашли тебя!
С тобою схожи — рост и стать…
С небес ты можешь нас обнять!
Ах, если б полк твой воскресить —
Детей всем, внуков подарить,
То можно город заселить...
Щебечет птичка: "Жить! Жить! Жить!"
Молчанье плит.
Молчанье плит.
Гвоздика красная горит.
Молчанье плит.
Здесь полк наш пензенский лежит.
Друг с другом каждый был знаком,
И вот теперь легли рядком.
Здесь комполка среди солдат,
И сын с отцом, и с братом брат
Вели бои в болотной мгле,
В Демянском огненном "котле".
Не за высокие слова —
За их спиной была Москва!
Варись, фашист, в аду бурли! —
Держали фронт богатыри.
А деду — нет, не пьедестал,
Бумага: "без вести пропал"…
— Ну, здравствуй, дед, — скажу, любя, —
Мы наконец нашли тебя!
С тобою схожи — рост и стать…
С небес ты можешь нас обнять!
Ах, если б полк твой воскресить —
Детей всем, внуков подарить,
То можно город заселить...
Щебечет птичка: "Жить! Жить! Жить!"
Молчанье плит.
Молчанье плит.
Гвоздика красная горит.
ВОЗВРАЩЕНИЕ С ФРОНТА
Тишины всего минута.
Нет боев. И нет салюта.
Встали в поле эшелоны.
Прыг — военные с платформы.
И глаза их цвета пепла
Щурились на солнце слепо.
А в ушах как будто вата.
Путь домой. Мечта солдата!
И без грохота и воя
Стынет небо грозовое.
Лишь земля чуть скрипнет осью...
В поле рвут они колосья.
Ждут их мамы, жены, дети…
— В институт пойду... на третий...
— Кашу б в чугунке — из печки…
— Удочку найду — и к речке.
— Сад зарос. Пройдусь косою.
— Табачка б да хлеба с солью.
Парни в поле с васильками
Землю гладили руками.
Здесь бы лечь, как на подушках…
Гром раздался — громче пушек.
Самый первый майский ливень
Встретили "Ура!" счастливым.
Осветлялась неба шторка —
И с души сходила корка.
Нет боев. И нет салюта.
Встали в поле эшелоны.
Прыг — военные с платформы.
И глаза их цвета пепла
Щурились на солнце слепо.
А в ушах как будто вата.
Путь домой. Мечта солдата!
И без грохота и воя
Стынет небо грозовое.
Лишь земля чуть скрипнет осью...
В поле рвут они колосья.
Ждут их мамы, жены, дети…
— В институт пойду... на третий...
— Кашу б в чугунке — из печки…
— Удочку найду — и к речке.
— Сад зарос. Пройдусь косою.
— Табачка б да хлеба с солью.
Парни в поле с васильками
Землю гладили руками.
Здесь бы лечь, как на подушках…
Гром раздался — громче пушек.
Самый первый майский ливень
Встретили "Ура!" счастливым.
Осветлялась неба шторка —
И с души сходила корка.
НАКАНУНЕ ДНЯ ПОБЕДЫ
К нам День Победы вновь приходит фильмами.
С прилетом вешних птиц я жду его.
С военными — бесстрашными, красивыми —
Вдруг ощущая странное родство.
За скольких я живу — сама не ведаю:
Иван, Андрей, Владимир, Михаил…
Нам говорят: "Вы носитесь с Победою!"
Мы отвечаем: "Нет, мы с ней парим!"
Над мировым и над вселенским хаосом,
Над ложью, что гремит ведром пустым.
И несравнимы эти шавки-"хаймарсы"
С "Катюшей" — пусть под именем другим.
Вновь разрывают тьму салюты искрами.
Солдат, хоть неизвестный, не забыт!
Храним мы снимки и шкатулки с письмами
И вместе плачем у надгробных плит.
Приходит май к нам — клейкими листочками.
Бессмертный полк залил и близь, и даль.
Трепещет небо синими платочками,
И солнце в нем — победная медаль.
С прилетом вешних птиц я жду его.
С военными — бесстрашными, красивыми —
Вдруг ощущая странное родство.
За скольких я живу — сама не ведаю:
Иван, Андрей, Владимир, Михаил…
Нам говорят: "Вы носитесь с Победою!"
Мы отвечаем: "Нет, мы с ней парим!"
Над мировым и над вселенским хаосом,
Над ложью, что гремит ведром пустым.
И несравнимы эти шавки-"хаймарсы"
С "Катюшей" — пусть под именем другим.
Вновь разрывают тьму салюты искрами.
Солдат, хоть неизвестный, не забыт!
Храним мы снимки и шкатулки с письмами
И вместе плачем у надгробных плит.
Приходит май к нам — клейкими листочками.
Бессмертный полк залил и близь, и даль.
Трепещет небо синими платочками,
И солнце в нем — победная медаль.
ДЕДУ
"Дед, — подружка опять разговор заведёт, —
Ходит-бродит за мною повсюду.
Он, как в детстве, шутя, кулаком потрясёт,
Если вдруг не помою посуду.
А бывает, размякнет и щи замудрит,
Как умела когда-то бабуля.
Для здоровья он в кухне растит чайный гриб.
И в обиде, что зелье не пью я.
К другу в гости иду — он в окошке столбом.
Кот под мышкой — бессонная ночка!
Он часами листает семейный альбом,
Где я с бабушкой — кроха в платочке".
После слов этих часто мне видится сон,
Где беспечная радость в избытке:
Дед — родной мой — в окошке в обнимку с котом.
И космеи в саду голубые.
И бегу по двору я вприпрыжку домой…
Отдала б все на свете богатства,
Чтобы дед не погиб на Второй мировой,
Чтоб нести ему хлеб и лекарства.
Чтоб семейный альбом он со мною листал
И по дому бродил втихомолку…
А подружка — нетрудно понять по глазам —
Любит деда. Болтает без толку!
Ходит-бродит за мною повсюду.
Он, как в детстве, шутя, кулаком потрясёт,
Если вдруг не помою посуду.
А бывает, размякнет и щи замудрит,
Как умела когда-то бабуля.
Для здоровья он в кухне растит чайный гриб.
И в обиде, что зелье не пью я.
К другу в гости иду — он в окошке столбом.
Кот под мышкой — бессонная ночка!
Он часами листает семейный альбом,
Где я с бабушкой — кроха в платочке".
После слов этих часто мне видится сон,
Где беспечная радость в избытке:
Дед — родной мой — в окошке в обнимку с котом.
И космеи в саду голубые.
И бегу по двору я вприпрыжку домой…
Отдала б все на свете богатства,
Чтобы дед не погиб на Второй мировой,
Чтоб нести ему хлеб и лекарства.
Чтоб семейный альбом он со мною листал
И по дому бродил втихомолку…
А подружка — нетрудно понять по глазам —
Любит деда. Болтает без толку!