Дмитрий ТЮПА


Семь фаз бытия
Москва: «Вест-Консалтинг», 2025
Семерка — число сакральное, библейское. Наиболее обыденное его проявление — количество дней в неделе, и эта цифра сопровождает нас на протяжении всей жизни, даже если мы не интересуемся никакими другими аспектами проявления числа «семь». Скажем, не разбираемся в музыке или не задумываемся о Боге (хотя, если честно, не встречала таких, кто ничего не знал бы о семи нотах и семи днях творения мира).
Четвертая книга стихотворений Дмитрия Тюпы посвящена проблемам духовного плана: поиску смысла жизни, предназначения человека и его места в мире материальном. Тут и неприкрытая отсылка к высшему проявлению семерки, и произведения, тщательно выстроенные в соответствии с этой концепцией: автор рассуждает о сотворении человека, зачастую строя стихотворения в ритме диалога двух противоположностей и в конце концов приходя к неожиданным выводам:
Четвертая книга стихотворений Дмитрия Тюпы посвящена проблемам духовного плана: поиску смысла жизни, предназначения человека и его места в мире материальном. Тут и неприкрытая отсылка к высшему проявлению семерки, и произведения, тщательно выстроенные в соответствии с этой концепцией: автор рассуждает о сотворении человека, зачастую строя стихотворения в ритме диалога двух противоположностей и в конце концов приходя к неожиданным выводам:
— Дьявол ставит сети,
Смертью путь увенчан…
— Все мы Божьи дети,
Значит, каждый вечен.
Смертью путь увенчан…
— Все мы Божьи дети,
Значит, каждый вечен.
Звучит обнадеживающе, не правда ли?.. Правда, если придираться к словам, возможна полемика с автором: как можно считать кого-то вечным, кроме самого Господа? Прежде чем соединиться с Ним, таинство смерти человек все-таки проходит, значит, вечен не он сам, а та часть Божественного начала, которая нам дается при рождении и называется душой (кстати, уже отъявленные материалисты, ученые-физики, доказали ее существование). Но это стихотворение умиротворяет читателя своей простотой и любовью к жизни, а значит, выполняет предназначение поэзии…
Или другое. О страдании, об утрате смысла жизни. Казалось бы, по настроению и по звучанию эти стихотворения полностью противоположны, но и то, и другое говорит нам — жизнь с Богом имеет ценность, без Бога — ни до порога:
Или другое. О страдании, об утрате смысла жизни. Казалось бы, по настроению и по звучанию эти стихотворения полностью противоположны, но и то, и другое говорит нам — жизнь с Богом имеет ценность, без Бога — ни до порога:
После тяжелых наркотиков
Атрофируется центр удовольствия,
Все наслаждения блекнут.
Даже пройдя ад ломки,
Исцелившиеся
Часто возвращаются на иглу.
Потому что больше некуда возвращаться.
Атрофируется центр удовольствия,
Все наслаждения блекнут.
Даже пройдя ад ломки,
Исцелившиеся
Часто возвращаются на иглу.
Потому что больше некуда возвращаться.
Ну, во-первых, это верлибр, причем очень близкий к устной речи. Так говорят обычно доктора с родственниками зависимых людей, так объясняют простые истины тем, кто понятия не имеет о темной стороне жизни. А во-вторых, это и о смыслах, точнее, об их полной потере. А ведь философская поэзия говорит с нами именно на языке ценностей. Это не получение знаний о мире, но осмысление индивидом категорий «мир» и «человек». Какие полярные состояния описывает Дмитрий Тюпа!.. От полной гармонии, осознания места человека в мире и его высокого предназначения («каждый вечен» — значит, как минимум, нужен, ценен и как максимум — любим самим Богом!) до полного разрушения человеческих ценностей, приводящего к распаду личности. По-моему, все предельно ясно. Вопрос «зачем?» для каждого из нас намного важнее всех остальных…
Сонеты составляют важную часть книги, поскольку этот жанр своим своеобразием как нельзя более располагает к философским высказываниям. Твердая форма стихотворения помогает автору максимально структурировать высказывание, а довольно большой объем позволяет высказать серьезную мысль, в отличие, допустим, от хайку, где все «серьезное» читается между строк:
Сонеты составляют важную часть книги, поскольку этот жанр своим своеобразием как нельзя более располагает к философским высказываниям. Твердая форма стихотворения помогает автору максимально структурировать высказывание, а довольно большой объем позволяет высказать серьезную мысль, в отличие, допустим, от хайку, где все «серьезное» читается между строк:
Весь мир — ликующий собор:
Алтарь пустынь, колонны-смерчи,
Вся жизнь — полет на грани встречи.
Алтарь пустынь, колонны-смерчи,
Вся жизнь — полет на грани встречи.
Поэт делает смелые обобщения, но как тут поспоришь? Соблюдение строгих правил строфики и рифмовки напоминает читателю о религиозных догматах, и твердость высказывания не подлежит оспариванию: все как по нотам, в соответствии с законами жанра. При этом сонет динамичен — тезис и антитезис ищут точки соприкосновения, лишь в последних строках примиряясь друг с другом. Это диалектика жизни — единство и борьба противоположностей…
И завершается книга венком сонетов. В творчестве поэта присутствие данной твердой формы стало символом гармонии, единства тварного и нетварного миров, что подтверждается заключительными словами:
И завершается книга венком сонетов. В творчестве поэта присутствие данной твердой формы стало символом гармонии, единства тварного и нетварного миров, что подтверждается заключительными словами:
И смерть — не царство пустоты,
А путь к немыслимому чуду —
Навек едины Бог и ты.
А путь к немыслимому чуду —
Навек едины Бог и ты.
Есть в мире много явлений, которые до конца не изучены наукой или в принципе не могут быть объяснены. Сознание конечно, а состояние, о котором идет речь, выходит за рамки сознания. Эта книга напоминает читателю о том, от Кого мы все произошли, и погружает нас в мысленный диалог с автором о месте человека во Вселенной, о его возможностях, силе духа и веры.
Вера КИУЛИНА
