Позову, ты отзовёшься,
Посмотрю, во всём видна.
Малой родиной зовёшься,
Дорогая сторона.

Как любимая картинка
В красной раме на стене:
Речка Пойма, речка Тинка
Так разлились по весне!

Тыщу вёрст пройди по свету,
Столь объезди, облети,
А тебя прекрасней нету
И подобней не найти.

Вся от края и до края
И видна мне, и слышна,
Сторона моя родная –
Моя малая страна.

Средь нас и в нас,
И каясь, и греша,
Живёт незащищенная душа.
Её не остеречь,
не уберечь,
Она, как раны кровяная течь.

Из тьмы пророчества
Ночей и дней
Сквозь одиночество
Иду я к ней –
Конечной станции
Своей судьбы,
Где должно статься и
Всей сути быть.
А суть судьбы лишь в том,
С кем пройден путь,
Пусть сорванным листом,
Но для любимой, пусть,
Что ждёт средь прочего
В любом году…
Сквозь одиночество
Я к ней иду.

Чего ещё, откуда ждать,
Непредсказуем мир,
И можно лишь предугадать,
Листая СМИ,

Что будет завтра,
Что вчера не сберегли
В пылу азарта –
Всё игра,
А, ведь, могли.

Пока дожди идут и снега тают,
Пока ветра поют и солнце светит,
Мои стихи меня не покидают,
Они всё это для меня на свете.

И дождь, и снег, и солнце, и ветра
Поэзии во мне рождают строки
Радушные и грустные, и строги
Настолько как душа моя щедра.

А щедрости душе не занимать,
Она всему и всем родная мать,
И встретит, и приветит от души,
Ты лишь стихов худых ей не пиши.

И подпоют тогда тебе ветра,
Дожди и солнце, и снега, что тают…
Мои стихи меня не покидают,
Природа к ним с рождения щедра.

Не лечу я через… птахой,
Потому что крыльев нет,
Но хочу, как черепаха
Жить хотя бы 300 лет.

Ну, хоть 100, как моя мама –
Вот, такая вот, программа.
Жить, творить, верстать журнал.
Это, ведь, не кременал?

— Это замысел сверхскромен, -
Мне сказал поэт Ерёмин, -
Жить тебе, друг столько лет,
Пока жив "Литкультпривет!".

Долгожителем, верь, стать,
Пока есть с чего верстать
Каждый месяц, каждый номер.
Есть журнал, знать жив, не помер.

И живи, друг 300 лет,
Как степная черепаха,
Но не ползай, порхай птахой
И всему Литкультпривет!