Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы

Союз писателей XXI века

НАСИМИ – 650

ИБРАГИМ МЕЛИКОВ


ФИЛОСОФСКИЙ СМЫСЛ ТВОРЧЕСТВА НАСИМИ


Имадеддин Насими – безусловно, один из величайших азербайджанского поэтов народа. Однако этим не ограничивается его место в азербайджанской культуре. Насими – гораздо больше, чем просто поэт.
Дело в том, что в каждой культуре есть ключевая фигура, которая отражает ее главную идею. Такой фигурой, к примеру, для китайской культуры является Конфуций, а для европейской – Аристотель. И мы никогда не сможем понять ту или иную культуру, если не усвоим ее главную идею, которую олицетворяет соответствующий носитель.
И такой фигурой для азербайджанской культуры выступает именно Имадеддин Насими. Почему? На это указывают три обстоятельства.
Первое обстоятельство связано с тем, что Насими – суфий, как Низами, Физули и многие азербайджанские поэты прошлого. Суфизм, как известно, – мистическое направление в исламе. Однако для азербайджанской культуры это еще и отражение ее главной идеи, поскольку мистицизм является азербайджанским специфическим этнокультурным феноменом.
Мистицизм играет особую роль в жизни азербайджанского народа, определяя на протяжении всей истории его культуру и весь образ жизни. В азербайджанской культуре на самом деле всегда утверждались только те ценности, которые имеют мистические основания. В середине VII века Азербайджан принимает ислам, но Азербайджан был и остается не столько религиозной землей, сколько землей мистической. Не столько форма, ритуалы и обряды ислама, сколько его сокровенное содержание, мистика были восприняты и усвоены душой народа. В исламе существовало множество направлений, и религиозность принимала разнообразные формы. Но в Азербайджане укоренялись только те формы, которые основывались, прежде всего, на мистике. И чем глубже в них была мистичность, тем легче и глубже они утверждались. ≪Имеется целый ряд доказательств, указывающих на существование суфизма в Азербайджане с самых ранних периодов. Сначала нужно отметить то, что в некоторых источниках сообщается, что в Азербайджане находится могила Вейсала аль-Гарани (ум. в 675), который жил во времена пророка Мохаммеда и который считается одним из важнейших представителей суфизма. Кроме того, в Книге Деде Горгуда, которая считается древним эпосом тюркских народов, встречаются мотивы, повествующие о суфизме. Изучение почитаемых святых мест (пиров), могил, памятников и надгробных надписей показывает, что суфизм являлся одним из широко распространённых общественно-философских течений на данной территории≫, – пишет Али Гайдар.
Более того, следует отметить, что XII век считается началом периода тарикатов (дервишских орденов). ≪Примечательно то, что среди возникших в то время орденов, –утверждает Али Гайдар, –ведущее место занимали тарикаты, созданные азербайджанскими суфиями. Дело в том, что, начиная именно с этого периода, территория Азербайджана стала превращаться в центр дервишских орденов. Здесь возникли и распространились на весь исламский мир такие тарикаты, как хуруфизм, сухревердийе, захидийе, сефевийе, халветийе, а также ровшанийе и гюлшанийе, которые считаются ветвями халветийе, и анатолийская ветвь суфийского движения Ахи≫.
Примечательно, что в Азербайджане из непосредственных служителей Богу особо почитались прежде всего дервиши – странствующие отшельники-мистики.
≪В итоге нужно отметить, что суфизм распространился и оставил глубокий след в Азербайджане, как и в других мусульманских обществах, и всё это свидетельствует о социально-общественной значимости и важности его положения в жизни данных обществ. В настоящее время существующие в Азербайджане святые места (пиры) и иные святилища, а также суфийские кельи, преодолев все преграды и бедствия истории, дошли до наших дней, увековечив свои имена. Суфизм в Азербайджане повлиял на литературу, философию, этику, архитектуру, музыку, миниатюру и другие области, сформировал определённый образ жизни≫.
Мистицизм живет в характере и современных азербайджанцев. И о современных азербайджанцах можно сказать, что они не столько религиозны, сколько, прежде всего, мистичны. Поэтому азербайджанцы предпочитают ходить не в мечеть, а в пир. Религиозность предполагает веру в Бога, соблюдение ритуалов и совершение обрядов. Мистика же исходит из того, что Бог не вне человека, а внутри, Бог не на небесах, а в душе. Это определяет то, что азербайджанцы – это народ с Богом в душе. И, пожалуй, благодаря, прежде всего, своей мистичности, азербайджанцы смогли пережить все многочисленные коллизии своей истории и сохранить свою самобытность.
Мистика пронизывает всю культуру, народную жизнь, речь, внутренний мир и психологию азербайджанцев. Глубоко мистична, в частности, азербайджанская музыка. Она не просто мелодична, а экстатична. Она отражает не просто человеческие переживания, а эмоциональные переживания человеком Бога. Причём музыка не только профессиональная, но и народная. Азербайджанская музыка носит явно медитативный характер и вводит всех вовлекаемых в неё в состояние транса. Песни – словно молитвы или мантры, редко когда обходятся без тонких вибраций, характерных для религиозномистической жизни. К слову сказать, среди музыкантов особое место занимают певцы-ашуги, происхождение которых связано также с суфизмом, поскольку слово ≪ашуг≫ или ≪ашыг≫ означает ≪влюбленный≫, а так называли себя именно суфии.
Принято выделять три вида интуиции: мистическую, интеллектуальную и чувственную. И все они характерны для азербайджанцев, хотя на первом месте у них стоит, безусловно, мистическая интуиция. Азербайджанец не доверяет ни своему мышлению, ни своим глазам. Он живёт, прислушиваясь к внутреннему голосу –своей интуиции. Его жизнь словно вросла в интуицию, всё глубже вслушиваясь в неё. За всем у него стоит интуиция. Как бы то ни было, внутренняя жизнь у него перевешивает внешнюю жизнь. Но эта внутренняя жизнь носит не отвлечённый характер, а привязана к земной жизни. Азербайджанец не мог бы сидеть в позе лотоса и медитировать, как индиец. Но он медитирует не меньше индийца. Его медитация связана с реальной жизнью, причем она опускается до уровня быта. Примечательно, что азербайджанцы медитируют в чайной (≪чайхане≫). Не пивная, не закусочная, а именно чайхана притягивает их к себе. Чаепитие в чайхане –это не просто утоление жажды, а это некое подобие японской чайной церемонии, где важно, наряду с поглощением напитка, не только общение, но и созерцание, медитация.
Чуть ли не все вопросы земной жизни трепетно связываются с заботой о душе. Как восклицал Самед Вургун, ≪Ayrıarmıkonul candan?≫ (Только переводить в данном случае надо не в распространенном варианте: ≪Можно ль душу из сердца украсть?≫, а буквально: ≪Можно ли тело от души отделить?≫).
Главное отличие мистицизма и, соответственно, суфизма заключается в том, что Бог рассматривается не вне человека, а внутри него. Человек никогда не сможет постичь Бога, если он будет противопоставлен Богу. Бог внутри человека, и, следовательно, человек и Бог совпадают. Человек и есть Бог, его образ и подобие. Насими пишет открыто:

Я истину познал и понял: "Я есть Бог".
И, в этом убедясь, я не храню молчанья.

А в другом месте:

Я, Насими, соединился с Богом.
И нет скончанья мне, я – сам Аллах!

Для Насими ≪люди –прекраснее всего, что сотворил Аллах≫. Соответственно нельзя постигнуть Бога, не поняв себя. Человек сам есть средство постижения Бога:

Тот, кто познал себя, – тот Господа познал.
Познанье Бога – вот на свете путь конечный.

Как и все суфии, Насими воспевает в своих стихах любовь. Но стихи, посвященные любви, в его творчестве –не просто любовная лирика. Любовь у суфиев связана непосредственно с божественным началом. Бог есть любовь, и любовь есть проявление Бога на земле. Любовь божественна. Именно любовь приближает человека к Богу, ибо божественный мир пребывает в любви. Любовь есть не просто переживание, а переживание Бога. Нравственность теряет свой смысл, если она не отрывается от любви. Любовь – это то, что соединяет человеческий мир с божественным:

Кто был влюблен хоть раз, тот видел, как горел
Божественный огонь, как истина сияла.

Однако Насими –относится не только к суфизму, но и является представителем распространенного в конце XIV –начале XV веков в Азербайджане, Анадолу и Западном Иране такого направления в суфизме, как хуруфизм. Это второе обстоятельство, которое ставит Насими на особое место в азербайджанской культуре.
Хуруфизм (от араб. ≪хуруф≫ — буквы) – учение о мистическом смысле букв. Хуруфиты объявили 28 букв арабского и 32 буквы персидского алфавита основой всего сущего, видели в этих буквах проявление божественного лика, искали комбинации этих букв даже в чертах человеческого лица. Согласно им, первое проявление Аллаха – это звуки в виде изречений. Вселенная полна звуков, а совершенной формой звуков является слово.
Порядок образования действительности, которая появилась из первичной и вечной субстанции, у хуруфитов предстает в виде следующей системы: Бог – Слово – Вселенная – Человек.
Вообще, по учению хуруфизма, Бог отражает себя в двух формах: 1) в форме буквы, слова, в качестве которой выступает Коран, и 2) в форме человека, созданного Богом по образу и подобию себе. Поэтому хуруфиты называли Коран ≪китаб аль-самит≫ (≪не говорящая книга≫), а человека – ≪китаб аль-натиг≫ (≪говорящая книга≫).
В кодексе хуруфитов человек не только по своим духовным качествам, величию и могуществу, но и по внешности, красоте считался отражением образа Бога. В красоте имеются черты безупречности лика Всевышнего. Человек –носитель черт, присущих Истине, и они отражены на лице человека. В частности, хуруфиты утверждали, что на лице человека написано слово ≪Аллах≫.
Культура – это знаковая система. Первым знаком культуры является письменность, которая может воплощаться в разных видах. Культура – это текст, как утверждают представители герменевтики. И Насими, придавая сакральный смысл письменности, тем самым становится основоположником письменной азербайджанской культуры.
Культура предполагает материальные, предметные формы, без которых не может существовать. И главной такой материальной формой является письменность, которая оформляет и структурирует культуру, соответственно, обеспечивает ей устойчивость в истории.
Значение письменности для культуры трудно переоценить. И именно эту идею фактически утверждал Насими, как представитель хуруфизма.
И, наконец, третье обстоятельство связано с тем, что Насими выступил не только идеологом и теоретиком письменной культуры, но и оказался в числе первых создателей азербайджанской письменной культуры. Насими был первым поэтом в истории азербайджанской литературы, писавшим любовные лирические стихи –газели –на азербайджанском языке. Он справедливо считается первым азербайджанским поэтом. С появлением письменной литературы фактически наступает последний период многовекового процесса формирования азербайджанского этноса, который завершается, в основном, к концу XV века.
Азербайджанская культура к тому моменту имела уже большую историю. Однако письменности еще не было. Соответственно, она не была оформлена и структурирована. Поэтому в исторической науке и общественном сознании утвердилось ложное представление, что тюрки на Кавказе появились лишь после завоевания этого региона турками-сельджуками в ХI веке. В частности, в Википедии можно прочитать: ≪Доминирующей наследственной компонентой этнических азербайджанцев Британника считает тюрок, появившихся в Азербайджане во время завоевания огузами в 11 веке. Согласно Большому энциклопедическому словарю Ларусса, ≪азербайджанцы являются потомками древнего ираноязычного населения, тюркизированного с XI века≫ .
Однако, как представляется, предками азербайджанцев были тюркоязычные племена, обитавшие еще в I веке до н.э. во всех государствах, находящихся на территории Кавказа –Манны, Албании, Атропатены, Мидии. На этом, в частности, настаивает Г.А. Гейбуллаев, который отмечает, что ≪есть все основания предполагать, что на территории Манны, наряду с другими этническими общностями, проживали и алтайские племена≫.
Таким образом, принадлежность к суфизму, хуруфизму и тюркоязычие обеспечивают особое место Насими в азербайджанской культуры и делают его в ней ключевой фигурой. Его творчество содержит главные идеи азербайджанской культуры, и потому через нее раскрываются ее отличительные особенности.