Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы



Виталий Амурский

Послушай, как шепчутся травы

* * *

…и еще вчера была
над Кретеем такая луна! —
словно откалывалась часть
"русской" — что ли
души!..

Геннадий Айги,
из надписи в книге "Поля-двойники",
20.12.1988

Айги —
лик боли, крик в поле:
А-ай, ги-и! —
два слога без дна: бездна воли-и…

Слышу и вижу, Гена, как листа твоего полем-степью
несутся слов табуны,
как у костра, по-шамански танцуя с тенью,
многоточия и тире бьют в бубен луны.

То обнаженную глазу, то в облаке, словно в халате татарском,
ее знали в краях твоих еще половцы…
А мою, как фонарь с Тишинки, в Кретее декабрьском
помнишь ли?

Конечно, в московской сутолоке, в Париже или на берегу Волги,
у каждого свои — луна, память, Пушкин, Хлебников или Крученых…
Но мне зябко, как и тебе, когда по Руси завывают волки
и каркают вороны черные…

* * *

Грамматика леса точнее и тоньше, чем наша.
Послушай, как шепчутся травы средь знойного дня,
Как ливнем июльским, журча, наполняется чаша
Расщелины мхом и листвою покрытого пня.

Какие нюансы в склонениях сосен и елей,
В спряжениях веток, в игре витиеватой ручья,
В судьбою, как брызги, разбросанных местоимений
От "я" до "тебя", от "его" до "ничья".

А в щебете птиц междометий созвучья литые,
И огненных белок упругая, сильная прыть
То ставит предлог, то, как хочет, кладет запятые —
Все то, чем строку и страницу никак не закрыть.

СЛОВА

Памяти Генриха Сапгира
 
Слова высокие похожи на жирафов,
А низкие подобны черепахам.

А те, что очень высоки, — парят, как птицы,
От них порою голова кружится.

А очень низкие ушли в земную твердь,
Нам незачем их слушать и смотреть.

ЛЕТНИЙ ДЕНЬ

Лохмотья туч вчера неслись,
И ночь прошла в грозе,
А утром будто в дом внесли
Цветы в росе.

Дождя затихнувшая дробь —
В листве садов,
Соседний двор от пилки дров
Звенит на сто ладов,

А под пилы протяжный звук
Разносится окрест
То молотка, то дятла стук —
Несыгранный оркестр.

Нырнув в шиповника кипень,
Трудясь, пчела поет…
Широкий, как подсолнух, день
В безвременье плывет.

ПРИРОДА ВЕЩЕЙ

Памяти Спартака Калачёва
 
Открытая книга
Подчас
Превращается в птицу

Карандаш,
Воткнутый в землю,
Вырастает в дерево

Цветные карандаши
Рождают
Радугу

Глядя на птиц,
Деревья, радугу
Думаю о тебе

* * *

Апрель. Синева. Набухание почек.
Чириканье птиц и гудки вдалеке,
И ветер, и веток причудливый почерк
Сплетается с почерком в черновике.

Так Cлово с природой сливается в дрожи
И душу какой-то тоской бередит,
Но все это, друг мой, лишь тесто да дрожжи,
А что до стихов, то они — впереди.

Виталий Амурский (Париж) — поэт, эссеист, журналист. Родился в 1944 году в Москве. Окончил филологический факультет МОПИ, позднее продолжил высшее образование в парижской Сорбонне. С 1973 года живет во Франции. Публиковался в парижской газете "Русская мысль", в нью-йоркской газете "Новое русское слово", в журналах "Континент", "Вестник РХД", "Футурум АРТ" и др. Более двадцати лет работает в русской редакции Международного французского радио, где, помимо выпусков новостей, ведет еженедельную рубрику "Литературный перекресток". Продолжает сотрудничество с различными российскими и зарубежными изданиями. Автор книги биографических новелл "Памяти Тишинки" (Париж, 1991) и "Запечатленные голоса" — парижские беседы с русскими писателями и поэтами: Бродским, Окуджавой, Айги и др. (Москва, 1998). В настоящее время в Эстонии подготовлен к печати его поэтический сборник "Серебро в ночи".