Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


Серебра потаённое чудо



Евгений Меркулов, Москва


Расстрел

Белый снег на донском берегу,
Да низовка сулит непогоду.
Я, разутый, стою на снегу
И смотрю на холодную воду.

Справа шепчет молитву сосед,
Снег кропя из недавнего шрама,
Он, как я, тоже бос и раздет.
Слева – батюшка с нашего храма.

Руки связаны крепко у всех,
Палачи не жалели верёвок.
Слышим сзади их ругань и смех
Вместе с лязгом затворов винтовок.

Жизнь намётом в глазах пронеслась,
Знать, не брешут об этом в романе.
Эй, пичуга, слетай-ка на баз,
Передай мою вестку мамане.

Расскажи про расстрел, про затон...
Надели её, Господи, силой!
От, не думал, что батюшка-Дон
Казакам станет братской могилой.
Мимо медленно льдинка плывёт.
Целься! Пли! Принимай, Боже, души...
Вот и всё. Девятнадцатый год.
Циркулярный приказ не нарушен.


Ирина Черкашина, Новоуральск, Свердловская область


О словах

Всё гадаю с неких пор –
В час назначенного срока
Отягчит ли приговор
Сказанное ненароком,

Зря, по глупости, со зла,
По ошибке, не по делу,
Что сдержать я не смогла
И о чём сто раз жалела?

Только знаю – Судия,
Взвесив на весах немало,
Все слова зачтёт, что я
Так тебе и не сказала...


Ибн Ильяс, Ташкент, Узбекистан


Старик

Боже Мой, почто Ты, Меня оставил
(Матѳ. 27, 46)

Катился мир, стояло солнце,
И каждый выживал как мог,
Но лишь в тюремное оконце
Был виден Бог.

Он нёс кому-то передачу –
Мешок продуктов и тряпья,
И в очереди, чуть не плача,
Решал загадку бытия.

Его толкали, материли,
Он никому не отвечал.
Вокруг столетья робко плыли,
Стремясь к началу всех начал.

Зачем Он здесь, в пальто помятом
Стоит, не веря в приговор.
Как видно человек распятый
Его тревожит до сих пор.

И так века у разных тюрем
Стоит задумчивый старик,
И временами нервно курит,
Подняв от ветра воротник.


Александр Вейцман, Нью-Йорк


Басня

Однажды ночью Нина Дорлиак
пожаловалась Рихтеру: "Никак
мне не забыть, как вы намедни,
милый Слава,
играя Моцарта, промазали октаву.
Я тихо ахнула,
              застряв в пространстве пауз,
и небеспочвенно: в углу сидел Нейгауз!
Он был рассержен
              и, взволнованно краснея,
страдал за вас
              и за Вольфганга Амадея".

И Рихтер ей ответил полусонно:
"Дружочек! Свет моих триолей!
Нина Львовна!
Я помню этот такт и ту октаву:
пусть не по нотам,
но там сыграно на славу!
Скажу вам больше!
Ходят слухи, что лет двести
назад сам Моцарт мазал в этом месте.
Поэтому, мой друг, не будем строги:
мы тоже люди, хоть,
естественно, и Боги!"

Мораль здесь есть для тех,
кому есть дело:
играйте Моцарта, друзья,
и мажьте смело!


Валентина Стаина, Калининград


* * *

Как медведь после зимней спячки
Просыпается мир ото сна...
Оживает! А это значит –
К нам опять возвратилась весна!

С каждым днём всё теплей и краше,
От того и душа поёт!
Посвятил кошке Мурке нашей
Серенаду соседский кот.

Горделива её походка!
Но растаяв от страстных нот,
Убежала к нему красотка
На свиданье за поворот!

Март-проказник вовсю резвится,
Разгоняя быстрее кровь,
И кошачьей братве не спится –
Распахнула объятья любовь!..

…с каждым годом всё меньше шансов
Полюбить... Но! – душа поёт
О любви вновь весной романсы,
Как влюблённый соседский кот!


Валентин Нервин, Воронеж


* * *

Не в какой-то преисподней,
а буквально за углом
плакал Ангел в подворотне,
укрываючись крылом.
Два нетрезвых гражданина,
незадолго до того,
дали Ангелу по нимбу,
дабы выключить его.
Что бывает в мире хуже
человеческого зла? –
и лежали прямо в луже
перья с белого крыла.
Напоследок я сегодня
пожалею тех двоих,
Ибо Ангел в подворотне
был Хранителем для них.


Агафья Сагал, Армавир, Краснодарский край


Колодец

Что ни утро – спешу за прохладой
И за первым хрустальным глотком.
Счастья большего просто не надо,
Чем бежать к "журавлю" босиком.

Серебра потаённое чудо
Серебрёным ведёрком таскать.
Дар земной из глубин "ниоткуда"
Тщетно тужиться не расплескать.

Не убудет в пластах водоносных,
Как в кормящей груди молока,
Вся бездонная святость в колосья,
А не в плевелы льётся пока.

Путь домой окроплю понемногу
Вековой чистотой ключевой.
Чтоб шагать с новым племенем в ногу,
Припаду к этой силе живой…


Лариса Герцева, Москва


* * *

Где сакура цветёт,
вольно плещется бриг,
Пароходы плывут в голубые туманы,
Рвётся болью
струны бесконечности миг,
Сочиняются песни, стихи и романы.

Где сакура цветёт, голубые моря,
Птица Феникс поёт
и бессмертные души,
Пароходы, уставши спешить, якоря
Золотыми цепями бросают на сушу.

Где сакура цветёт, и высок небосвод,
И в горах от слезы прожигается камень,
Там, огнями сверкая, стоит пароход,
Пароход
"Журналист Политковская Аня".


Николай Климкин, Курган


* * *

Орден Красной Звезды
и медаль "За отвагу"
Протянул мне сосед
чуть дрожащей рукой.
И заплакав, сказал:
"Этот орден за Прагу,
А медаль получил я за бой под Москвой.

Я прошёл всю войну
от Кремля до Берлина,
Кашеварил, солдатушек кашей кормил,
Подвозил на машине снаряды и мины,
И России своей верой, правдой служил.

А теперь я – никто, отголосок Победы,
Я песчинка, я миг отгремевшей войны,
Сколько горюшка-горя
я в жизни изведал,
Не жалея ни сил, ни себя для страны...

А награды – возьми, это наши награды,
И храни их сынок, чтобы память жила,
А когда я умру, крест поставь да ограду,
Да сирень посади,
чтоб весной расцвела".