Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


ГОСТЬ

МИХАИЛ ЗВЕРЕВ


(Россия)


Географическая линия судьбы Михаила ЗВЕРЕВА пролегла довольно причудливо: уроженец Пензы, он в свое время окончил Высшее Военно-морское инженерное училище в Пушкине под Ленинградом. Профессиональную биографию военно-морского офицера начинал на Балтике, затем 20 лет служил на Северном флоте, на эсминцах и в штабе эскадры надводных кораблей. Участник дальних морских походов, капитан 2-го ранга запаса, сегодня он живет в своем любимом Санкт-Петербурге. Еще в бытность курсантом училища, осваивая профессию корабельного инженера-механика, он стал заниматься в литературной студии, которую вел известный ленинградский поэт Леонид Иванович Хаустов. С 1997 года публиковался в литературных альманахах Москвы, Санкт-Петербурга, Мурманска, Пензы, Североморска, Петрозаводска и других регионов России. Пишет и прозу, которая публиковалась в журнале «Аврора» и сборнике Русского географического общества «Вслед за путеводной звездой». Автор нескольких поэтических сборников, лауреат (в поэтической номинации) различных фестивалей авторской песни. Член Союза писателей России.
А в минувшем году Михаил стал участником Бакинского Международного фестиваля авторской песни и поэзии. Как вспоминает он сам:
«…Собирался я в Баку давно. Еще во время службы на Севере мечтал взять путевку на турбазу в Мардакане, но не сложилось. То ли служба не пустила, то ли путевок не достать было – теперь уже и не помню… Приехать к вам у меня получилось только в 2017-м на ваш замечательный фестиваль. Эта поездка стала по-настоящему знаковым событием в моей жизни!.. Невообразимое гостеприимство, теплая и такая творческая атмосфера общения с единомышленниками, с товарищами по поэтическому слову - это дорогого стоит! А сколько новых знакомств с коллегами из разных городов и стран!.. И главное знакомство – с самим городом, с Баку! Могу сказать: куда там до него некоторым «туристическим Меккам» – ну, хотя бы той же Барселоне, где я побывал в том же году. Не дотягивает столица Каталонии до столицы Азербайджана, не дотягивает… Говорят, Есенин в свое время ошибался насчет того, что он в Персии, но, думаю, он ничуть не разочаровался, когда узнал правду. Вот и для меня мои «Бакинские каникулы» оказались ничуть не хуже, чем для великого русского поэта…»

* * *

И шар земной замедлится, вращаясь…
Я ни в кого, увы, не обращаюсь –
Никто не обращается в меня.
Михаил Трегер

Порой мы обращаемся друг в друга.
И есть свой круг. И нет теснее круга.
И мы живем в нем, любим и творим.
Но изменяемся… От внешнего чего-то...
Не важного, не нашего. И сроду
Не нужного ни в жизни, ни в любви.
И круг сужается. А тот, кто выпадает,
Уже не свой... Пусть станет в новой стае...
Но помнит, что чужие –
                                        не свои!..
А нам – держаться! И беречь друг друга.
Простая истина. А выпавшим из круга
Удач и прочее, и планов громадья…
Я их забыл.
                  И всем нам – Бог судья.


* * *

Олегу Вашенкову

Осень в каменных джунглях может пройти незаметно.
Что там?.. Серое небо и дождь?.. Так и летом бывает.
А весной и тем паче… Сегодня совсем не об этом.
Пожелтеет листва – не увидим. И осень растает…

Из окошек огромноэтажек не видно деревьев,
Мы живем среди камня, спешим по асфальту под землю.
А ведь кажется просто: трамвай, на вокзал, и – в деревню,
К лесу, речке, огню… Словом, к свету. Хотя б на неделю.

Как мой друг. Городской. Но – уехал. Живет, где рассветы
Золотят даже в пасмурный день кромку леса,
Где найдешь в разнотравье богатом любые ответы
На вопросы свои и получишь прививку от стресса.

Лето в каменных джунглях кончается. Будет ли осень?
Впрочем, вдруг желтый лист прилепился к окошку случайно.
На седьмом этаже!.. Но откуда? Он сам стал вопросом,
Этот лист. Он зовет, манит к свету – и явно, и тайно.

В лес, к реке и траве, ненавязчиво предупреждая:
«Опоздаешь на осень сегодня, а что будет после?..»
Я всё понял! Заставил себя сесть в вагончик трамвая,
Я уже на пути, я приеду туда, к другу в гости.

Но трамвай на вокзал не пришел, я ошибся маршрутом.
Мы порой ошибаемся, истина, в целом, простая...
Я опять оказался в толпе, что ползет гибким спрутом
По реке из асфальта, в метро, как обычно, впадая.


Мойка, 12

Если «прижало» и хочется плакать –
Солнце ли, слякоть, на Мойку, 12
Просто приду, постою и отпустит...
Будто коснулся я пушкинской грусти,
Будто привез его сам с Черной речки
Вот в этот дом в тот трагический вечер.
Санки под арку заехали плавно…
В арке стояла Наталь Николавна.
Я ей сказал: «Все отнюдь не опасно,
Нет Вам нужды убиваться напрасно –
Выдюжит Пушкин, поправится, знаю!..»
Он ей шепнул: «Не печалься, родная,
Рана болит, но затянется скоро…»
Вышли друзья, начались разговоры...
Я отошел к Мойке, к самой решетке –
Время в реке отражается четко.
Вот постою и забуду о грусти,
Я ж говорил, что отпустит… Отпустит.

Санкт-Петербург слышит времени зуммер...
Здесь понимаю, что Пушкин – не умер!..


Детские игры

Друзьям детства

«Лапта», «пятнашки», «штандер»1 и «замри»…
Кто нынче помнит?.. Что такое прятки?..
Немолоды ровесники мои.
В огромный мир ворвавшись без оглядки
В семидесятых, так вот и бежим
Уже лет сорок. Не умея замереть.
Играя в игры. Иногда на жизнь.
Афган, Кавказ… Глядь, обманули смерть.
С закрытыми глазами –
                                   в перестройку!
При этом на кривой не упади
Ни в банду, ни в бутылку, ни в помойку.
Попробуй – прямо! И по-честному суди,
И знай – с тебя не будут взятки гладки.
Поблажек не дано тебе и мне.
Расти детей и в правде, и в достатке,
В любви к работе, Богу и стране…

По белу свету, как по парку – вскачь…
Бежали!.. Вдруг «полтинник», как стоп-кадр…
И я не знаю, кто поймает мяч,
Взлетевший в небо
                            под ребячье: «Штандр!..»


Той, что была в Париже

Ты привези мне из Парижа
Один глоток свободы нравов.
Но – настоящей. Не из книжек.
Глоток хотя бы.

Для нас двоих с тобой свободы,
Такой пустяк –
Парижский дар высокой моды
А ля Бальзак.

А сувенирчик из поездки –
Хоть круассан…
И – вольности. Ей в моем детстве
Был Мопассан.

Стишок Рембо, раздумья Сартра,
Сарказм Рабле.
Еще цветок с того Монмартра,
Цвет фиале.

Смех Эсмеральды, плач Козетты,
И как припев –
Той тишины, где те поэты…
В Сен-Женевьев…

Рисунок де Тулуз-Лотрека
Из «Мулен-Руж»…
Я бы и сам туда уехал,
Сбежав от стуж.

Да вреден климат тот французский,
Поскольку ведь
Париж увидеть – я же русский!.. –
И умереть.


Философия Любви

Любовь – столь ненаучное понятье…
Не матерьяльна, странно-ощутима:
Сердцебиенье, слезы и объятья…
И – отчужденье. И движенье мимо
Дворцов и хижин, пирамид и судеб,
Сквозь нас. И пару сотен миллионов
Других землян... Идет, диктуя людям
Великий свод особенных законов.
Не юридических, не писанных. Но строгих.
И мы живем по ним, порой не зная,
Что – нарушаем… Что с нас взять, убогих…
Так есть и будет –
                             от изгнания из Рая
До наших дней. И далее, и дальше.
Пытались толковать Любви законы
По-разному, научно и без фальши.
Но без толку. Придумали каноны
И Фрейд, и вездесущие китайцы,
Индусы, привлекая Брахмапутру,
Евреи, сочиняя свои майсы2,
И мы, срастив Фэн-шуй и Кама Сутру.
Всё суета. Какие там каноны?!..
Жизнь хороша тем, что непостижима
Уму и правилам, науке и законам…
Кто виноват, что мы проходим мимо
Любви и расстаемся беспричинно?..
…Наверное, останемся друзьями…
Ты – просто женщина,
                           и я – ничей мужчина.
Лишь наше прошлое –
                           по-разному, но с нами.
Любовь была, всё было, ну, и хватит…
Я объяснить разлуку не рискую,
Поскольку – не научное понятье…
Да и кровать стоит не по Фен-шую.


Несовпадение

…Пусть так и будет…
                                 Если совпадем –
В пространстве, времени, желаниях, свободе…
Оденемся сегодня по погоде,
И в ясном небе вдруг не грянет гром…

Заторов не случится на пути,
Начальник не задержит на работе…
Вдруг гости не нагрянут – дяди, тети…
Возможно, я смогу к тебе зайти.

Звоню!.. Или, условность не терпя,
Шагну в уют из грязного подъезда.
Вот если б за спиной разверзлась бездна…
Я смог бы задержаться у тебя.

И попросил бы время: «Не беги,
Мы всё решим достойно и красиво».
Ну, а тебя я вот о чем просил бы…
Но в телефоне длинные гудки.

Возможно, позже?.. Только позови.
Хотя теперь, наверное, едва ли…
Мы просто в этой жизни не совпали
В пространстве, времени, свободе…
                                                          …И –любви.


Вчерашний снег

На цвет зимы, на свет полярной ночи
Ложится тень большого снегопада…
Смотри на снег, его запомнить надо,
Такой уже не повторится. Точно.
Вот и покров образовался новый,
Пушистый, белый… а его основа?
Вчерашний снег и, может быть, недельный,
И тот, что в позапрошлый понедельник
Лёг первым и не таял на земле,
Ковром дорогу выстелив зиме.
Он был таким знакомым и привычным,
Он радовал тогда. Но, как обычно,
Теперь другой сверкает и искрит,
А тот – вчерашний... И уже забыт.
Он пообветрел, закалился в стуже
И стал плотнее. Но… кому он нужен?
Еще немного – станет прошлогодним,
Примерно к маю прожурчит ручьём,
И вовсе позабудем мы о нём...
Куда уходит прошлогодний снег?
Туда же, в общем-то, куда и человек.

А этот падает, всё падает на прошлый,
Ему сегодня утвердиться проще.
Он молод! И пока ему не важно,
Что завтра утром станет он вчерашним.


* * *

…и заходит, хромая Пегас
Владимир Юрков

Перо затупилось,
Пегас захромал,
Муза сурово смотрит куда-то в сторону…
Божья немилость? –
Полный завал.
Рифмы склевали черные злые вороны.
Дождь по аллеям,
Питер промок,
Все поэтично-обычно и понимаю сам…
Может, старею?
Первый звонок?
Что-то с утра совсем ни черта не пишется.
Вылечу ногу Пегасу,
Чтоб не хромал,
C музой – по рюмке, глядь, подобреет дѐвица,
И с головой –
в словесные закрома!
А постареть-отдохнуть – это еще успеется.
Выйти к Неве,
Встать у моста,
Воздух вдохнуть свежий, осенний, питерский
И осознать,
Что красота
Города этого сердцем сквозь время видится.
Сброшу хандру
В дивную явь –
Пусть растворится, как рукавом ее вытерли…
Рядом, коняга!..
Крылья расправь!
Мы полетаем с тобою еще по-над Питером!..

1 Шта́ндер (также Штандер-стоп, Зевака, Стоп-мяч) – популярная в бывшем СССР детская игра с мячом практически для любого возраста и количества участников, игралась во дворах и спортивных залах.
2 Майсы (с идиш) – короткие забавные или поучительные истории (анекдоты, байки).