Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


КАМИЛЛА БАГИРОВА


Камилла Багирова — студентка четвертого курса Литературного института имени Горького (семинар С. С. Арутюнова). Публиковала стихотворения в газете «Литературная Россия», интернетиздании «Поэтоград» и т. п. живет в Смоленске.

* * *

снег не может пройти.
он всегда остается лежать
на громадной кости
горизонта, где тянется Гжать,
где клыки сорняков
и застыли ленивые звезды,
где еще сто веков
наперед синий холод роздан.
там стекло по луне
скрежещет: «уже ль — неужель?»
небеса в полынье —
обмерзшая синим гжель.
снег не может пройти,
покуда лежат поля. никуда.
никуда.


* * *

дай волю, они перережут
и небо, и хлынет закат,
и смоет чужую одежду,
земле поналепит заплат.
дай волю, Христос, этим людям,
пусти их вдогонку, Аллах.
язык человеческий труден:
где есть Карабах, где Арцах?
и я половина от каждой
враждующей стаи впотьмах.
и голос мой вылетит дважды,
взвывая, что наш Карабах.
но голос мой будет не слышим
Баку, Ереваном, в чужой
степи пронесется и крыши
овьет снеговой паранджой.
я есмь тегеранская площадь,
где прадед держал таксопарк.
я есмь украинская роща,
где вечер ухабистый наг.
я спрятана в русском овраге
куском почерневшего льда,
где знавшая все о рейхстаге
прабабка рожала одна.
я плачу зурной, ною скрипкой,
по гуслям коряво скольжу.
я где-то жила ассирийкой,
турецкий любила кунжут,
и крестик висел без распятья,
и не был никто во врагах,
но скрещены кем-то запястья,
платок опустился, Никах.
я где-то армянское имя
исламским накрыла Марьям.
часовни проносятся мимо,
тоскливо застывшим горам.
каспийские волны не слышно,
я Вопью холодной легла.
и так по случайности вышло,
что морщатся здесь берега.
они мне намеком укажут,
туда, где начало взяла.
«вали и целуй землю вашу!»
а где эта наша земля?


* * *

никому на свете не говори,
как рябит листва и блестят сады,
как летают ласточки цифрой три,
никому — до времени, до поры.
а когда увидишь речную гладь,
как ребенок ты притворись ручьем,
небо станет солнечно вышивать
на канве дрожащей узор лучом.
никому на свете не говори,
что на глади гладью рисует он,
и какой, и где наш родимый дом,
никому на свете — молчи о том.