Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


Ольга ЕФИМОВА



СТОИТ ИГРА СВЕЧ



Ольга Ефимова — поэт, прозаик, литературный критик. Родилась в Москве. Окончила экономический факультет МГПУ по специальности "Менеджмент в сфере образования". С 2014 года посещает поэтический семинар С. С. Арутюнова в Литературном институте им. А. М. Горького. Ранее занималась в литературной студии "Жизальмо" под руководством Т. М. Котеневой-Громан. Участвовала в фестивале литературных студий Москвы в музее В. В. Маяковского (2014). Публиковалась в альманахах "Пегас", "Золотое сечение", журналах "Дети Ра", "Цветные строчки", "Зинзивер", "Зарубежные записки", в газетах "Литературные известия", "Поэтоград". Живет в Москве. Член Союза писателей XXI века.



* * *

золотарь присвистнул удивленно,
в перстень оправляя камень редкий,
да не мой янтарный хмель зеленый —
бирюзу строптивой малолетки.

в темных окнах, злобно доживая
искру дней, что в муках отгорели,
заметалась осень дождевая
пятнами дешевой акварели.

но когда под утро ветер куцый
форточку лягнет кобылой пегой,
небеса ленивые качнутся
и покроют землю первым снегом.

 



* * *

утро прохладой серебряной полнится,
никнет к земле золотое жнивье:
вольному — волюшка, беглому — вольница,
колосу — житница. сердце мое,

что ты скрипишь, как журавль колодезный,
ноешь тягуче, сумбур лепеча?
али тебе, горемычному, боязно?
али досадливо? эка печаль:

небо как в озере ласковом вымылось,
дымка туманная тает вдали…
что ты скулишь, будто злобная жимолость —
ягода волчья — пьет соки земли?

убраны зерна, серпам благодарные —
будет кручиниться, сдюжим, авось:
только б не стихли напевы гитарные,
слово романса по ветру неслось,
рыжее солнце кудлатой дворняжкою
весело жмурилось — жив колобок.

…жатва закончилась, долгая, тяжкая —
ох, и налился тугой колосок…



* * *

угасало светило —
круг заката пунцов:
лик усталый смутило
рондо серых певцов.

чистый дух воскресенья —
белый день убывал.
кучерявой сиренью
кипятился бульвар.

долго в спину смотрела —
гордый взгляд холодил
ядовитые стрелы:
уходя — уходи.

изневесть окатило,
будто ливнем слепым:
грубый шорох ботинок,
серебристая пыль.

обожженный багрянец.
чернота голенищ.
закурил, удаляясь…

пощади.

оглянись.

 



* * *

прет напролом полк
тысячу звезд скрыть:
мутная тень толп —
аспидных туч прыть.

листьев сухих резь.
красный скрипит клен,
тянет всю ночь песнь:
— что ты нашла в нем?

ветра глухой вой,
туч грозовых рать.
алый восход мой,
долго ль тебя ждать?

ты для меня — свет,
дальних полей синь.
день без тебя — век.
черная тьма, схлынь!

…будет косой дождь
сад молодой сечь.
истово ждать? что ж,
стоит игра свеч.



СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА

Муфта линяет — март затяжной настал: я отступаю, чтобы набраться сил. Кай, уходя, ты, видимо, неспроста пару коньков в чертогах моих забыл. Иней в ресницах, жалобный плеск воды — выдох весны я чувствую наперед. Тает громада грузной, седой гряды… Кто-то же должен плавить колючий лед.
Вот Йоллупукки — добрый, пузатый дед, я же — сухарь, торосов глухих скверней. Этого деда славит весь белый свет, но ни словечка доброго — обо мне. Он уверяет, будто Гольфстрим замерз. Мне бы сиять, ведь люди дрожат сильней… как лепестки доверчивых белых роз, что в зимний день цвели на твоем окне.
Помнишь тот день? Приметила, забрала — санок скорлупка, ты, бедный, еле жив. Белый дворец я накрепко заперла… Некий датчанин сказ про меня сложил. Старый писатель много чего наврал — я не жестока, это природа льда: бивнем сверкает морской нарвал, я же слежу, чтоб ветер похолодал. Есть же на свете польза от ледяных долгих ночей, заснеженных синих утр? Чуть лихорадка — цап! — недотрог больных — кубик прозрачный тут же на лоб кладут.
Я поняла, что значит иметь дитя. Это впервые за тысячу длинных зим. Льдинки лежат, суровые дни сочтя: "вечность" не в силах сделать весь мир твоим. Мальчик продрогший, крохотный мой белек, чары стряхнув, ты сразу решил сбежать. Даже норд-ост могучий не уберег: все проглядела. Значит, плохая мать?
Кто показал тебе, как усмирить метель?.. Кто рассказал, чем дышит густая мгла?.. слабнет мороз, но хуже любых потерь — пара коньков давно уж тебе мала.
Эта девчонка, свежий румяный плод, кровь с молоком, полуденный летний бриз. Нежный ребенок, взгляд — очага тепло, голос певучий мягок и серебрист. Жмется живое к живому, сердца чисты, даром что зеркала мелкий осколок остр. Что за наука — вместе растить цветы? Что за причуда — cпать под гирляндой роз?
Ты увезешь ее к морю: кипенье волн, ласковый юг — поэма чужих красот. Берег разбудит гулкий венчальный звон — Герда, мой свет, с тобой к алтарю пойдет.
Дымку фаты расправит хмельной июль… счастья вам, дети; славьте друг друга — век. И затрепещет длинный, летучий тюль, будто под солнцем — первый пушистый снег. Смутно припомнишь север, январь, холмы…
Зелень травы расплещется на ветру.
В том королевстве маленьком нет зимы.

Сын мой, прощай.
Будь сильным: служи добру.