Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


Владимир АЛЕЙНИКОВ



Я КО ВСЕМУ ПРИВЫК



Владимир Алейников — поэт, прозаик, переводчик, художник. Родился в 1946 году. Один из основателей и лидеров знаменитого содружества СМОГ. В советское время публиковался только в зарубежных изданиях. Переводил поэзию народов СССР. Стихи и проза на Родине стали печататься в период Перестройки. Публиковался в журналах "Дети Ра", "Зинзивер", "Знамя", "Новый мир", "Октябрь", "Континент", "Огонек", "НЛО" и других, в различных антологиях и сборниках. Автор многих книг стихов и прозы. Лауреат премии имени Андрея Белого. Живет в Москве и Коктебеле. Член Союза писателей ХХI века.



МОЙ ГОРОД
 
I

Я приеду к тебе — погоди
раскрывать отношения втайне
где у женщин лежат на груди
неприветливых роз начертанья

это карточных лет вороха
перестроились странно стеная
чтобы к ним прикоснулась рука
и развеялась сила шальная

и тогда ударяя в висок
воспаляет неистовым горем
эта жажда возможных высот
эта тайна рассвета над морем

всевозможные стадии ждут
переборами клавиш капризных —
пусть тебе на шестнадцать минут
да почуется выбор — не признак

и тогда восходя к небесам
исчезая влечением милым
ты поймешь что не слыхивал сам
где рожденье твое и могила

и в минувшем бредя за тобой
поминутно о будущем зная
да не скроется больше прибой
и не кончится мука земная.



II

Незатейливый летний унылый —
кто с тобою теперь и зачем?
не распахнутых ставень немилый
устроитель касательно тем
разговоров на грани абсурда
затерявшихся в теплой воде —

на прилавке растаяла пудра
продавщица исчезла нигде
прошумели плащи призывные
и на ветках повисли густых

отзвенели твои позывные
отзываясь на чувствах простых

значит мысли рассыпались горстью
и пошли за кругами круги —
может поздно разыскивать гостью?
помоги мне еще помоги.



III

Когда сощуришь веки праздно
и вновь затейливо звеня
в охапке вымысла прекрасной
увидишь искренне меня —

я здесь в растерянности кровель
в ладони поднятой стою
и радость первую свою
еще храню в биенье крови
я принимаю этот дар
и вновь на середине года
прошу хорошую погоду
не поскупиться как и встарь
когда в тени струили воды
жестокий месяца янтарь
и вышли парусные своды
еще непознанной природы
к первоначальному народу
когда страной не правил царь

когда недаром зной пылал
поля ютились тяжелея
и ночь цветком в оранжерее
цепями скованных начал
росла о прошлом сожалея
мечтала вырваться живее
и ей никто не отвечал

и все живое в мире сил
не устремленных чьим-то нравом
отяготил и не спросил
и не снабдил текущим правом
пока старинных туч гряда
текучим вымыслом согрета
не успокоилась горда
в объятьях давнего секрета —
и устремившись наизусть
к своей неузнанности мнимой
какую мне предпишет грусть
до необузданно ценимой?

я принимаю этот вызов
степенных крон и вееров
и сгустки медных вечеров
где облик скаредный суров
испанских крашеных карнизов
и на затерянности вызов
бегу ступенями дворов

порядок будничный суров —
где ждут меня не ждут сюрпризов
глазами мраморными снизу
туманят статуи покров
низин раскинутых отлого
от закоулка до порога
освобожденных от оков
и запрокинутых немного
как в дни Великого Немого
концертный занавес — а кров
еще родительский невечный
грустит с улыбкой человечьей
непреднамеренно расцвечен
и проводить меня готов

какой дорогою дневною
ты выйдешь нынче не со мной?
кому отыщешь за стеною
безвестный ключик ледяной?



ВСЕГДАШНИЙ АВГУСТ
 
I

Сегодня ты за гвоздь в прихожей
разлуку давнюю возьмешь
за то что слишком непохожи
в себя безропотно войдешь

всегдашний август был бы рядом
а там склонятся не спеша
к чему приценивались взглядом
хотя бестрепетна душа

все это вовсе без подсказки
вернется просто без даров
в бесчинной звездной перепляске
в смятении других миров


в авоське хлеб приманкой рыба
ботва растет корнями вниз —
скажите августу спасибо
за золотую эту близь

и так же просто как впервые
в краю пресветлой темноты
ложатся капли дождевые
на благодарные цветы

а ветры двери открывают
и запинаясь как всегда
так долго окна остывают
и так же плавится вода.



II

Я услыхал однажды свыше
что есть блестящий выход в чирк —
висели в городе афиши
опять приехал зооцирк

витала ясность — но дымило
прогорклой пылью по краям
где все что сердцу было мило
не уместилось даже там

я видел — парк себе кивает
и не изрезана скамья
за то что слишком понимает
какая сбудется семья

паук жаре свивает сети
сгорая в собственном углу
давно в соседях ходят дети
и липнет краска на полу

а просьбы грезятся знакомым
милее нескольких обнов —

обремененные законом
они не видят даже снов

и буквоед себя поздравив
гуляет всячески стремясь
воздвигнуть памятник во здравье
пока еще возможна связь

так плоско дуться не устанут
превознесенные умы —
цветы полуденные вянут
на белых гроздьях кутерьмы

и для спасенных нету средства
и нет надежд на Божий дар —
они о нем мечтали с детства
и получили как удар.



ПЕРЕХОД

Во всеоружье осени на славу
с любых сторон угадывая почерк
хлопочет август — прочит величаво
что ничего без вычета не хочет

но спаян телефонными звонками
твой разговор любимая — и выпит
вина остаток в мартовском стакане
что из числа наполненных не выбит

и прошлое восторженно цикады
пытаются обмолвить — или дремой
осколками события цукаты
о яблоне напомнили весомой

не слышно оживления в прихожей
не видно в коридоре разногласий
раздоры обновляются похожи
ватагами на лестничные власти

компании восторженные сникнут
и в песьей шубе дружба за бутылью
украдкою раздарит фотоснимки
овеянные слабостью и пылью

уже в портфеле школьном наважденье
уже в пенале скрючит недотрогу
перо стальное до предубежденья
рассматривая мелочи нестрого

мне хочется сказать о новолунье
на круглых линзах вянущем вьюнами
я почту обвиняю в легкодумном
поспешном обращенье с письменами

задумайтесь теперь о непоседах —
не с ними ли в забвенье ускользая
три мальчика на двух велосипедах
возникнут незаметно исчезая?



ДЕВА

Тебе — но только ли одной?
десятиглавою царевной
ты правишь редкою волной
привычно справившись с Вселенной

сиренью мокрой вспень у рта
и разобрав замолкни в лицах!
под чьим же знаком ждет тщета
когда уходят очевидцы?

в природе истина легка —
познай ближайшее знаменье
чтоб начиная с локотка
не удержать прикосновенье

она стремительна как лень!
роскошный полдень с облаками
восточным вымыслом задень —
надежда скроена руками

и в ожерелье тех широт
по меньшей мере невозможность
в наборе жалоб и щедрот
предотвратит предосторожность

а что улитке? что ежу?
с достаточной ступенью ясность!
по меньшей степени скажу —
разноязычие не праздность

природа в прежних будяках
надсадно набухают почки
чтоб род ее держать в руках
не доведя его до точки

слизнула клейкую печать
минутного исчезновенья
и задержавшись на мгновенье
ушла не зная как начать.



СОЖАЛЕНИЯ

Где в музыке зла излишек
басовой струны мученье
едва перебрать порядок
от грифа до самой смены
в дурацком ряду домишек
высокое назначенье
счастливейших неполадок
грибков разъедавших стены

и что же? в пылу увечья
торопятся домоседы
звенит золотая сила
расплюснутая вздыхая
за выдохом вдох — овечья
погода идет по следу
дождутся к обеду сына
и рушатся отдыхая

светлые наши споры
древней породы прах
шляпы соломенной поры
впитывают впотьмах

сено везут соседям
и рассыпают крохи
словно морщины или
сломанные смычки

водят коров тяжелых
и наравне со всеми
овцы приходят с неба
чтобы уйти туда

пальто на вешалке глохнут
вымыты половицы
по коридору дорожка
не разбежится никак

полузабытые песни
словно сверчки ручные
шариками стальными
не устают играть

будет юла в раздумье
на рубеже гармоний
не раскрутившись вдосталь
медленно затихать

свежее осыпанье
светлое очертанье
целое колыханье
не уследить в ветвях

не осыпайтесь листья!
это кувшин с водою
только что опрокинут
а дождей не видать

костры еще не поспели
ржавеют чернила в папках
так поздно вскочить с постели
и вспомнить о птичьих лапках

альбом слежавшийся томик
старое представленье
ты не увидел веер
я ко всему привык

в саду одичалый домик
рыбацкое наставленье
забыл применил развеял
и взвесился невелик

для верных семей отбора
священное благополучье
протянуто вдоль забора
и выглядит чуть получше

и что же мне делать нынче
с проблемою долголетья
когда сжимают прищепки
проволоку свою?

и кто мне расскажет — чья же
гвоздика теряет имя
для ровных ножей ненастья
коричневых стрел судьбы?