Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


Ирина ГОРЮНОВА



ОРУЖИЕ ПАМЯТИ



Ирина Горюнова — поэт, прозаик, драматург, критик, литературный агент. Окончила ВЛК при Литературном институте им. А. М. Горького. Печаталась в журналах "Футурум АРТ", "Дети Ра", "Крещатик", "Литературная учеба", "День и Ночь" и в других, автор многих книг. Живет и работает в Москве.



* * *

Трогая тьму, я слышу твое дыхание
И вслепую тебя нахожу наощупь,
И каждый раз прохожу одно испытание —
Сквозь других пробираясь нелепую толщу…

Время наше льдинками тает на языке,
Воздух плотен древней арабской вязью,
Тает солнце наше рукой в руке,
Иезуитской и извращенной казнью.

Отпевает нас монотонный дождь,
Слишком экранным и искусственным жестом,
Пусть под софитами камер, но мне пришлось,
Разоблачившись, стать первозданно честной…



* * *

Губы жестки мозолями поцелуев —
Слишком лживых, впивающихся до крови,
В небо немощно сколько шептать алилуйя
И ладонь твою бьющую снова ловить

Для поцелуя, подставляя вторую щеку —
Красным зудом на коже ее тавро,
Обращать на заре свой взгляд к востоку
Смысла нет, когда ты лишь его ребро,

Если хрип лишь немой твой сипит из горла,
Пережатого искушенным Адамом, —
Это снимают на пленку дешевое порно
В главной роли с тобой, что довольно странно…

Хватит под ноги падать, а не в ладони,
Незащищенный ему подставлять живот
И мечтать, что в сплошной череде агоний
Здесь, сегодня один из двоих умрет.



* * *

Бессмыслица, бессонница, беспутица,
Бессильница, бескрайница, бескрылица —
Он верил, а она врала, что спутница,
Но в страшном сне такая не привидится…

Бескровница, бесплатница, бесплодница,
Безумица, бессвязница, бессердница —
Кому-то может кажется, что модница,
Но рядом с ней земля твоя не вертится.

Бесславница, бесследница, безмозглица,
Беспорница, бесстыдница, бессчетница —
Таких сто тысяч оптом или в розницу,
А он гордится, что его любовница…




* * *

Расскажи, промолчи, полюби, как никто никогда
Не посмел это сделать в мышиной своей несвободе —
Если не был в пустыне, не знаешь понятья "вода",
За мечтою бегущий, ты в ней откровенно бесплоден…

Можешь снасти свои в этом море кидать без конца,
Чтобы рыбы твои чешую обрывали в капкане,
Безнадежные стоны в ловушке не тронут творца —
Этой рыбы еще завались не в одном океане…

Эта рыба не плачет, лишь бьется в своей немоте,
Обреченно танцует на палубе старого судна,
И палящее солнце, как смерть, вопреки темноте,
Что сейчас недоступна — ей кажется истинно чудной…

Полюби, промолчи, расскажи, все, что знаешь про грусть
И бессмысленно пусть все же тлеет слепая надежда,
Пусть я снова в стихию свою никогда не вернусь –
Я плыву в этой новой, воздушной, небесной, безбрежной…



* * *

Вы знаете, как сверкает блесна в заре
                                               восходящего солнца?..
Переливается заманчиво, чтобы пир показался сладок…
Только искушенный рыбак затаивает дыхание,
И зуд добычи трепыхается у него между лопаток…
Ведь кажется, что весь мир на мгновение
                                                           в искушении замер,
Ожидая, насколько заманчива этого крючка наживка…
Профессор, сейчас и здесь, —
                                               это вы провалили экзамен —
И в руках держали удочку вместо скрипки…

Подмастерья считали вас богом, ловили жесты,
Определив, что вся сила ваша в татарских генах,
Это вы учили их азам вместо сложных квестов,
И они, как дети, лажали в несложных сценах…

И вы сами, по сути такой ребенок —
                                   мы ловили символы-откровенья,
Погремушкой наживка скользнула над правым плечом,
Как нельзя поверить, что между историй
                                                                       бывает третий,
Так и в то, что ценное можно обычным открыть ключом…



* * *

Ты спишь в одиночестве вместе с домашним котом,
С тобою лишь он и ненужный, ушедший фантом,
Тревожащий стыдностью злых и растаявших ласк,
Зажившие шрамы по новой наносит дамаск —

Оружие памяти рвет твою душу и плоть,
Диагноз понятен, но эту болезнь побороть
Нет сил и стремления к новой грядущей весне,
Бежишь обреченно по черной своей полосе…

Твой кот не урчит, недовольно виляя хвостом,
Его раздражает, что с вами есть третий — фантом —
Его не царапнуть и не за что даже куснуть,
И кот, как и ты, очень часто не может уснуть.

Бессонница подлая мучит обоих жильцов,
А все из-за призрачных этих твоих подлецов,
Что рай обещали, но ввергли в пылающий Ад,
Ведь так безысходна мелодия их серенад…

Ты бредишь ночами и плачешь, уткнувшись в кота,
Виляет хвостом по ночам для тебя пустота,
И надо проснуться от морока этих ночей,
Но как не пустить в свое утро опять палачей?..

Иллюстрация: Гюстав Кайботт