Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-47356 выдано от 16 ноября 2011 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Читальный зал

национальный проект сбережения
русской литературы


Сергей КАРАТОВ



ТАЙНИК ВООБРАЖЕНЬЯ



Сергей Каратов — поэт. Автор многих поэтических сборников. Окончил Литературный институт им. А. М. Горького, публиковался в журналах "Новый мир", "Юность", "Смена", "Дети Ра". Член Союза писателей СССР с 1983 года. Член Союза писателей ХХI века. Живет в Москве.



ОТРЕКАЕТСЯ РЕКА

Отрекается река
От родного ледника.
От тебя, как от репья,
Отряхаются друзья.
Вдруг утратили значенье,
Книги — в зоне отреченья.
Отрекаются сыны
От причуд своей страны.
Неважнецкое либидо
Как смертельная обида,
Что любовь, дитя в кроватке?
Отмахнулся — все в порядке!
Процедура отреченья,
Что-то вроде развлеченья.
Честь и долг — товар лежалый,
Можно выставить во двор...
Так от Купера, пожалуй,
Отречется Фенимор.



ПОСЛЕ СТУЖИ

В берегах слежалась заметь,
Небосвод белес и перист,
В отогревшуюся заводь
Щуки выплыли на нерест.

По пригоркам, по откосу
Солнце сталкивает зиму,
Ручейки, сплетаясь в косы,
Устремляются в низину.

После властного Борея
Воробьи полезли в лужу.
Дачник смотрит на деревья:
Все ли выдержали стужу?

Жизнь являет тот же фокус,
Расправляя все, что смято…
И раскрылся первый крокус
С полной чашей аромата.



ГЕНИЙ

Стихи как вещь в себе:
В них живопись и песня,
В стихи заложен суд
Небесный и земной,
Есть царственное в них,
Что, как печать на перстне...
И кладезь языка
С немыслимой ценой.

Поэзия ведет
В тайник воображенья,
Прокладывает путь
К излюбленной мечте;
Слышны через века
Ее шаги саженьи,
В душе она живет
На каждой широте.
Стихи как вещь в себе,
Как вера и надежда,
Как мыслей круговерть
И счастья торжество,
А гений где-то здесь,
Среди людей и между,
Высоким божеством
Обрел свое родство.



ПРОКРАСТИНАЦИЯ

Ходи себе с заткнутым ртом
В людских потоках,
Все отодвинув на потом,
Все — на потомков.

От страшных снов глаза протру,
А все реформа!
Непевчим, певчим поутру
Насыплю корма.

По вечерам и там и тут
Друзья друзьятся,
Беседы мирные ведут,
Хохмят с приятцей.

Прорвется гневное "ну, бля!"
Там все (но кроме...)
На трон посадят короля,
Да не по крови.

Где деготь вам нацедят в мед —
Все так знакомо;
Где физик в лирику впадет,
А лирик — в кому.



ОСЕННИЕ СВИДАНИЯ

Как дороги свиданья!
Пусть будет путь короче.
Прелестные созданья,
Прожить без вас нет мочи.

Загадывать загадки
Способны их головки,
У всех свои повадки,
Капризы и уловки.

Играю с вами в прятки,
Играю в мышки-кошки;
Целую ваши шляпки,
Целую ваши ножки…

Люблю я все узоры,
Цветастые наряды,
Приемлю ваши споры,
Ловлю я ваши взгляды.

Не надобно пугаться,
Что вновь иду я следом
С желаньем восторгаться
И счет вести победам.



ТА ЖЕНЩИНА

Та женщина прекрасна, утонченна,
В науке и искусстве знает толк,
Наверное, кому-то наречена,
И зов ее реликтовый не смолк…

Одетая по-женски, а не куце,
И жемчуга нанизаны на нить.
И на нее нельзя не оглянуться,
А без нее нельзя не загрустить.

И как бы жизнь ее не утончала,
Будь мужем ей калиф или сам царь,
Но женщины природное начало
Бросается в объятия самца.



ВЕЩИЙ СОН

Сон приснился:
Господь убеждал до рассвета,
Что большая гора
снизойдет к Магомету.
Пять времен он прождал,
и давно бы пора,
Но никак не идет
к Магомету гора.
…Пишет суры к Корану
одну за одной,
Ждет-пождет, а гора
повернулась спиной.

Посылает гонца он:
— Сходи-ка, узнай-ка,
Отчего не является
эта зазнайка?
Но дорогой в пастушку
влюбился гонец.
И прогнал его прочь
осерчавший мудрец.
Осудил он себя:
"Гнев тебе не к лицу,
В деле важном
нельзя доверяться глупцу.
Так вся жизнь утечет,
видно, в путь мне пора;
В окруженье льстецов
пребывает гора".

Посидел он в раздумье
в тени под маслиной,
Посох взял и пошел
по тропинке ослиной.
Шел он долго:
пред ним простирались миры,
Вверх поднялся,
И там он
стал выше горы.
Стал он выше страстей и
разношенных дум,
А вдали докрасна
раскалялся самум.



*  *  *

Волошин. Море. Коктебель.
Я тоже, помню, как-то был
И чайкой выходил на мель,
Бродя среди драконьих крыл.

Над горной речкою Чигирь,
где думы тяжелее гирь,
Я оставлял и на юру
Стоял подолгу на ветру.

Изрытый тропами увал,
Отсюда планер вверх взмывал,
Парил над пенной синевой
Иль пролетал над головой.

И, уезжая, в городах
Мы вспоминаем Кара-Даг,
Поэта дом, а на холме
Могилу в каменной чалме.

Так, по-язычески, без слез
И я окатыш свой вознес.
Из тех камней — придет пора —
Над прахом вырастет гора…

Лужайка, бабочек полет.
Как сладок киммерийский мед,
Как будоражит лета хмель
И рай духовный — Коктебель!